Я положил пистолет на свое место, посмотрел Дьяусу в глаза, сказал:

- Да, известно.

- Видишь, Тор, - Дьяус сидел вполоборота к Тору, - мы кроме всего прочего, оказывается, имеем дело с преступником. С незаурядным, нужно сказать, преступником. С очень незаурядным.

- Вы повторяетесь, уважаемый Дьяус, - я был терпелив. - Вы уже столько раз говорили о моей незаурядности, что скоро я сам в нее поверю.

Мне не нравилось, что Дьяус слишком назойливо старается вызвать меня на откровенность. Подобные случаи в моей практике можно пересчитать по пальцам: большинство Бессмертных совершенно не интересовались личностью своего "Харона". Я решил прекратить этот разговор.

- Значит, ты считаешь себя заурядным, одним из многих?

- Нужно костер развести, - сказал я просто. Отошел от вимана, в свете его фар стал собирать сухие ветки. Через несколько минут развел костер.

- Идите сюда, - позвал я. - Вас, уважаемый Тор, я попросил бы захватить с собой две корзины. Они справа от вас.

Мы расселись у костра, глядя на пляшущее жадное пламя. Нас окружала ночь...

4

Этого приключения я никак не ожидал.

А неприятности начались с самого утра. Я проснулся и увидел пустой, ничего не выражающий взгляд полуприкрытых глаз Дьяуса, направленный прямо на меня. Сам Дьяус сидел в странной позе, откинувшись корпусом на спинку сиденья, положив руки на колени; голова его была безвольно склонена на плечо, а взгляд направлен на меня.

- Уважаемый Дьяус, - позвал я, - что с вами?

Он не ответил.

- Это приступ, - сказал Тор. - Дьяус рассказывал об этом вчера.

Я повертел головой, поискал Тора глазами. Обхватив руками колени, Тор сидел на земле у еще дымящегося кострища.

- Это надолго?

- Нет... но когда он придет в себя, берегитесь.